Новости

Молитва и любовь к Богу и ближним. Фрагменты книги «Игуменья Варвара»

Молитва и любовь к Богу и ближним. Фрагменты книги «Игуменья Варвара»

Готовится к публикации книга Екатерины Каликинской «Игуменья Варвара», посвященная памяти игуменьи Варвары (Чекотковой), настоятельницы Феодоровского женского монастыря Переславля-Залесского (2006–2017). Книга выйдет в свет в 2022 году.

Мудрая, благочестивая, заботливая, деятельная — такой запомнили игуменью Варвару сестры и прихожане обители. В каждом своем поступке матушка воплощала возвышенные евангельские истины, а молитва и любовь к Богу и ближним были неизменными спутниками ее жизни.

В день памяти игуменьи Варвары мы публикуем фрагменты книги Екатерины Каликинской «Игуменья Варвара».

Image
Игумения Варвара (Чекоткова), настоятельницы Феодоровского женского монастыря Переславля-Залесского (2006–2017)
ГЛАВА «ПУТЕМ ВСЕЯ ЗЕМЛИ....»

Давно известно, что высоко духовным людям Господь по великой Своей милости нередко дает знание сроков их земного пути, чтобы они успели подготовиться к кончине: и завершить самые необходимые дела земные, и подготовить душу к пути в мир иной. По рассказам духовных чад игуменьи Варвары, было дано такое знание и ей. Хотя многим ее кончина показалась неожиданной и скоропостижной.  

Рассказывает игумения Мария (Воробьева), настоятельница Свято-Успенского монастыря в Перми:

«Последний раз мы встретились с матушкой в Лавре. Как-то так получилось при прощании с Батюшкой, что стояли мы у гроба рядом, близко к изголовью Старца. Так и простояли и Литургию, и отпев. Мы ничего и не сказали друг другу, но ее близкое присутствие каким-то образом смягчало печаль разлуки, тепло было рядом с ней. Представить было невозможно, что это наша последняя встреча!»  

Рассказывает монахиня Олимпиада, насельница Феодоровского монастыря в Переславзе-Залесском:

«Восьмого ноября утром иду на полунощницу и вижу, что у нее еще горит свет. Обычно наверху окно у нее гаснет, потом внизу зажигается, и она выходит. А тут свет горит и горит... Стало мне тревожно на сердце. Идет охранник с фонарем, в районе святых ворот вижу фонарь. Он идет наверх, а я захожу в храм, спрашиваю – начинать? Мать Даниила говорит: « Я что-то до Матушки не могу дозвониться… Начинай» И вот уже читаю 17-ю кафизму... И слышу,  как сестры выбегают из храма. Закончила читать – никого в храме нет…

Вдруг слышу: колокол. Когда кто-то в монастыре умирает, колокол заворачивают в мантию и делают 40 ударов. Думаю: наверное, кто-то из наших стареньких?

Нет. Это Матушка упала напротив крыльца Феодоровского собора... Там два дерева, она шла из кельи на службу, она обычно быстро ходила. Почувствовала себя плохо и взялась за дерево, но не удержалась, осела на землю.

Владыка Феодор[1]   (ныне – митрополит Волгоградский и Камышинский, в 2018 году – епископ Переславский и Угличский) недавно сказал: «Что монаху на земле делать? Он с земли идет домой, на небо». Получилось так, что Матушка пошла в храм, а попала на небо...»

Рассказывает игуменья Евстолия, настоятельница Свято-Никольского монастыря в Переславле-Залесском:

«По дороге к храму, на паперти церкви, взял Господь преданную Ему душу игумении Варвары. Ушла любвеобильная мать, рачительная хозяйка, ревностная монахиня, засвидетельствовав своей кончиной верность церкви Христовой, монашескому послушанию.

Смерть о многом заставляет задуматься. "Вижу во гробе лежащую красоту нашу безобразну и бесславну", –   поет Церковь на отпевании. Отход в вечность предстоит всем и каждому, но для нас, живущих, всегда зрение гроба с почившим - какая-то несуразность, насилие и противоестественность. Нет у Бога смерти, но временная жизнь переходит в вечную, переход этот обозначается словом "смерть". Какова будет наша кончина? Каков исход из этой земной жизни? Такой разной для всех? Кто закрое твои глаза? Кто соберется у гроба для последнего целования?

У матушки Варвары похороны превратились в торжество. Торжество веры православной, где нет по-настоящему смерти и прощания, но только временная разлука и ожидание Царства Небесного со Христом Иисусом в обителях Его».

Рассказывае игуменья Сергия (Рузавина), настоятельница Спасо-Преображенского монастыря в Чебоксарах:

«Ее уход был неожиданным ударом, шоком. Недавно только говорили с ней по телефону. И вот ее нет... Вроде говорила, что страдает от онкологии, а умерла от сердца. Не знает человек своего пути!

Кончина ее была благочестивой, можно только мечтать о такой смерти: пойти на полунощницу и по дороге отдать Богу душу. Сказано: «В чем застану, в том и сужу». А ее Господь застал по дороге на молитву, самое лучшее устроение души. И если не все, то многие важные дела свои она закончила: такое благолепие в монастыре оставила, сестер воспитала, и маму свою похоронила, на ее руках ушла...»

 

[1] Ныне – митрополит Волгоградский и Камышинский, в 2018 году – епископ Переславский и Угличский

Image
Матушка Варвара
Рассказывает игуменья Даниила, настоятельница Феодоровского монастыря в Пере-славле-Залесском:

«В самый первый день, когда Матушкин гроб еще стоял в храме, я сижу в «закуточке» и вдруг слышу Матушкин голос: «А молóчка-то на трапезу будет?» Ее характерные интонации. А я, действительно, забыла молочные продукты в трапезную принести, тут же спохватилась.

В первые месяцы и даже годы после преставления Матушки Варвары мы очень остро ощущали ее присутствие, участие и помощь в важных для монастыря делах. Вспоминается одно из совещаний 2018 года по проблемному вопросу: при проектировании утраченного главного иконостаса Феодоровского собора выяснилось, что четверик и алтарь собора выстроены абсолютно ассиметрично, и возникла проблема с определением единой оси симметрии. Мнения основных участников обсуждения – епископа Феодора (Казанова)[1] и архитекторов-реставраторов Костромского ОГБУ «Наследие», - разошлись, поскольку реставраторы уделяли больше внимания архитектурно-реставрационному аспекту, а Владыка Феодор рассматривал собор, в первую очередь, как пространство для совершения Литургии, и это требовало иного взгляда на организацию пространства алтаря. Сначала общение шло крайне напряженно, каждая из сторон стояла на своем. Тогда решили пойти в собор, проверить, правильно ли сместили иконостас и хватит ли места для священников справа от престола. В процессе замеров проектировщики чертят на полу линию оси симметрии по последней редакции (по которой и был смещен иконостас), и вдруг оказывается, что эта линия совпадает с неким странным металлическим «колышком», вбитым в пол. Увидев это, Александр Викторович Юдин[2] восклицает: «Этот колышек вбила Матушка Варвара, я помню! И сказала: «Здесь – центр престола». И вот после этих слов вдруг все как-то умиряется и возникает всеобщее согласие… И чуть позже оказывается, что этот колышек и обозначал ту самую, искомую, ось симметрии…»

 

[1] Ныне – митрополит Волгоградский и Камышинский.

[2] А.В.Юдин – в 2018 году – Руководитель УФССП по Ярославской области, ныне – руководитель УФССП по Астраханской области, главный судебный пристав Астраханской области.

Image
«Кротость и жертвенность в служении ближнему, любовь ко всем снискали ответную любовь и уважение всех, кто хотя бы раз встретился с матушкой на своем жизненном пути».

Рассказывает монахиня Олимпиада, насельница Феодоровского монастыря в Переславле-Залесском:

«Еще до 40 дней после ее ухода было такое сильное ощущение ее присутствия… Мне снилось, что она идет, как обычно – быстро, пальто распахнуто. Было ощущение, что человек уехал и вернулся. Я к ней бросаюсь под благословение, а она начинает задавать вопросы о своих похоронах. Так по-деловому, как и что сделали, сколько кому дали… И сбоку начинают сестры выходить. Тут я проснулась.

Первый период она нас не оставляла, ведь мы учились жить без нее, все нам было незнакомо... Она ведь была и келарь, и кассир, и уставщик. При этом, она была из того поколения, которое «ножками служило» – утром и вечером в храме всегда сама стояла».

 

Рассказывает послушница Наталия, насельница Феодоровского монастыря в Переславле-Залесском:

«В первый раз увидела Матушку во сне, когда мы закончили 40-дневное чтение Псалтыри по ней. Тогда я у матушки Даниилы спрашиваю: а дальше-то читать? Вроде дни закончились.  Вроде дополнительная это нагрузка, ко всем послушаниям. А она мягко так говорит: «По силам, если можешь…Кто-то до года читает…» Я тут же решила: конечно, за матушку Варвару я буду читать весь год, еще бы! Но в тот же день устала, закрутилась... И решила, что вот сегодня пропущу, а уж с завтрашнего дня, конечно, продолжу.

И вот снится мне в ту ночь, когда я пропустила Псалтирь, что после второй трапезы мы заносим тарелочки на кухню – и среди сестер я вижу Матушку. Думаю: Матушка ведь умерла, разве ей нужна теперь еда (в мое послушание при жизни Матушки входило приносить ей в корпус еду со второй трапезы)? А, вроде как, и здесь она. Не пойму: нести или не нести в корпус еду-то? Ну да, мы ж похоронили ее, значит, еда ей уже не нужна - решила так. И вдруг Матушка рядом со мной оказывается: лицо светлое, глаза искрятся. И она с кротким укором, с любовью спрашивает: «А ты меня кормить-то больше уже не будешь, да?»

Я тут же пробудилась, как ошпаренная кубарем скатилась с кровати – и за Псалтырь! Я поняла: не про телесную пищу этот сон, а про молитву! И не столько Матушка нуждается в моей немощной молитве, сколько мне дается повод помолиться побольше, а я его упускаю. Это мне нужно, моей душе! А она, как настоящая духовная мать, продолжала нас опекать и после смерти.

Image
«Кажется, ни к чему земному она не прилеплялась. Это было в духе нашего Батюшки, ее духовного отца. Он всегда нам напоминал, что «видимое временно, а невидимое вечно» (2 Кор. 4:8).

Рассказывает игуменья Мария (Воробьева), настоятельница Свято-Успенского монастыря в Перми:

«Кажется, ни к чему земному она не прилеплялась. Это было в духе нашего Батюшки, ее духовного отца. Он всегда нам напоминал, что «видимое временно, а невидимое вечно» (2 Кор. 4:8).

Однажды подарили мне картину, где маслом на холсте было изображено село Верзилово в Подмосковье. Март, тающий снег, одноэтажные деревянные дома, и вдалеке за железнодорожным полотном – силуэт белокаменной церкви. При этом рассказали, что храм этот подлежал сносу. Инженеру-проектировщику дали задание «бросить» железнодорожную ветку именно по территории храма. Так часто делалось в те годы. В нашем городе под тем же предлогом снесли прекрасный Воскресенский собор, построенный в память об отмене крепостного права, будто бы он мешал проезду машин.

Тот инженер провел железнодорожные пути в полукилометре от храма. Его расстреляли, но церковь таким образом была сохранена. Мне представлялось, как расплатился этот человек за свое мужество: ужас допросов, преждевременная смерть. Одна сестра, тоже духовная дочь старца Наума, мне возразила: «Что Вы, Матушка, как хорошо-то! И храм стоит, и душа в Раю, а могло быть все по-другому – и храма не было бы, и  душа такого человека терзалась бы во аде, а впереди – Вечность. Так же оценивала соотношение временного и вечного игумения Варвара.

Для себя она не жила. «Жить – Богу служить» – это о ней. Так и прожила она с любовью к Богу и людям. Во всем чувствовалось ее доброе отношение к людям. Конечно, была она созревшей пшеницей в Божией житнице.

На ее отпевании было тепло, несмотря на то, что чувствовалось, как горько переживали сестры разлуку со своей духовной Матерью. Бога благодарю, что настоятельницей монастыря стала матушка игумения Даниила, близкий ей по духу человек».

 

Рассказывает монахиня Варвара, насельница Феодоровского монастыря в Переславле-Залесском:

«Первое время после ее ухода часто мне снилось, что Матушка воскресла. Не то, что она не умирала вовсе, а именно, что воскресла после смерти… Да и сейчас снится… И, помню, во сне была обида, что она нас оставила...

А вот одной нашей клирошанке, которая в то время жила в монастыре, Матушка приснилась в полном облачении, с сияющим крестом и говорит ей безапелляционным тоном: «Знаешь, Ира, у них там есть такие дневнички. Пусть они их смотрят и все исполняют, что там написано!»

Ирина ничего про «дневнички» не знала, но испугалась и согласилась. Наутро мне позвонила, спрашивает: «Какие у вас там дневнички? Что Матушка имела в виду?» Я стала думать и вспомнила, что в самом начале моего пути в монастырь мне Батюшка[1] многое говорил, давал духовные советы, я его и Матушкины благословения о посте, о молитве, о правилах монашеской жизни записывала в дневник. Я этот «дневничок» уже давно засунула куда-то и забыла про него, а в последнее время и благословения перестала исполнять… Но после звонка Ирины нашла. Так Матушка меня не оставила, вспомнила и направила даже после смерти.

Другой сестре, тогда труднице, которая думала уйти из монастыря, она приснилась и сказала: «Ты там не вздумай уходить, смотри!» Сестра делилась с нами, что этот наказ уже усопшей Матушки Варвары стал «переломным моментом» для нее. Сейчас эта сестра уже послушница.

Мы, конечно, верим, что Матушка сподобилась Царствия Небесного. Отцу Александру Алексееву приснилось, будто он поднимается на подъемнике в монастырь, среди облаков. И там у ворот спрашивает игуменью Варвару. И Матушка выходит к нему вся сияющая, она там тоже игуменья. Он спрашивает ее: лучше ли ей там? Она говорит: «Несравненно лучше!» Но и в нашей жизни мы все время ощущаем ее присутствие и ее любовь...»

 

[1] Архимандрит Наум (Байбородов), † 2017

logo

На карте Google Map

152021, Ярославская область,
Переславль-Залеский, Московская улица, 85

Телефоны: 
+7 (48535) 3 – 80 – 22,
+7 (961) 027-61-79

Почта:
feodorovskym@yandex.ru